«Чёрт, как холодно!» - было моей первой мыслью, когда я вышла из аэропорта Ататюрка и натянула капюшон и рукава толстовки. Когда дома готовишься в поездке - читаешь, смотришь фотографии - думаешь, что вот прилетишь, и тут же на тебя лавиной обрушатся запахи, звуки, свет, цвет, местные обычаи, музыка, танцы… А на деле стоишь глубокой ночью на пустой стоянке такси возле аэропорта, два местных носильщика молча разглядывают тебя украдкой из-под капюшонов, не надеясь на тебе заработать – ты же путешествуешь налегке, и думаешь «Чёрт, как же холодно!».
На метро до вокзала, на аэроэкспрессе до аэропорта, бегом по травелаторам до терминала Д, три часа лёту до Стамбула – это был длинный и, благодаря московскому вечернему часу пик и московским же грозовым облакам, волнительный путь, и мне никак не верилось, что я его преодолела.
Вообще, когда у путешествия нет свидетелей, оно может быть чем угодно – сном, миражом, фантазией, но только не настоящим – реальным – путешествием. Я сидела на заднем сидении жёлтого такси (в Стамбуле, как в Нью-Йорке, все такси жёлтые), придерживала свой рюкзак на поворотах и всматривалась в черноту за окном, отчаянно пытаясь увидеть Мраморное море. Моря видно не было. Были видны пяти-шестиэтажные дома с большими тёмными окнами по обеим сторонам дороги и слышны монотонные турецкие разговоры по рации. Всё это в купе со слегка затёкшими ногами после перелёта давало некоторое ощущение, что я уже не дома, а где-то далеко, но было не слишком убедительно. Не верилось мне ровно до тех пор, пока я в очередной раз не повернула голову и не увидела её: над низкими крышами в абсолютно чёрном небе полукругом горело золотое зарево, в нём светились большой купол и шесть минаретов, меж которыми кружили птицы - десятки птиц.
«Что это, Айя София?» - спросила я таксиста.
«Нет, Голубая мечеть, мисс» - ответил он, зевая.
Я попросила остановить на минутку и вышла из такси. Счётчик тикал, а я стояла на узкой пустой улице и смотрела, загипнотизированная этой красотой и плавными траекториями полётов чаек. Это была огромная голограмма, от которой я не могла оторваться.
Потом я видела её пасмурным вечером - монохромную и какую-то даже призрачную, и в голубой утренней дымке, когда она почти сливается с небом, как серое Мраморное море плавно переходит в серую восточную часть города за Босфором, а потом - в серую массу неба с серыми чайками, и всё это вместе кажется единым целым. Я видела её в ярком плоском полуденном свете, окружённую со всех сторон людьми и гортанными турецкими голосами, и, тихую и сонную, в низких золотых рассветных лучах, с которыми она так контрастирует, что кажется нарисованной. Я видела её – совсем близко, буквально рукой подать – с крыши своего отеля, когда случайно забежала туда «глянуть одним глазком» и обомлела, и навеки бы там поселилась, если бы не жуткий холод вместе с пронизывающим ветром. Я видела её изнутри и хотела забрать с собой (или по меньшей мере сфотографировать) каждый элемент, каждый сантиметр её, испещрённых красивейшими голубыми орнаментами, стен и куполов.
Ну разве она не прекрасна?!
Мне, конечно, сравнивать особенно не с чем: я ещё не видела Саграда Фамилию, Акрополь, Ангор, Коллизей, Норт Дам де Пари, Импаер Стейт Билдинг, башню Парнас, храм Тодай-дзы, Мачу Пикчу, египетские пирамиды и прочие чудеса света, но - простите меня, Тадж Махал, Форт Акбар, Пура Бесаких и Айя София, которые я видела - мечеть Султанахмет снаружи для меня самое прекрасное сооружение ever.
Строительство мечети Султанахмет началось в 1609 году и длилось семь лет. Для росписи изникских изразцов на её стенах и сводах было использовано более пятидесяти вариаций изображения тюльпанов. В ней 260 окон, стёкла для которых изначально были привезены из Венеции (сейчас уже, конечно, обычные), и в солнечную погоду, когда свет проникает сквозь них, Голубая мечеть светится и становится кружевной, невесомой... и очень голубой.
***
На первый взгляд может показаться, что все мечети в Стамбуле одинаковые, но только на первый, беглый взгляд. На самом деле они все очень разные. Настолько разные, что спустя больше месяца я, разбирая фотографии, безошибочно определила, где какая.
Например, мечеть Шехзаде - первая, которую я увидела изнутри, разувшись и покрыв голову, во время своей стамбульской большой петли "куда глаза глядят" в первый день.
"Шехзаде" по-турецки означает "принц, наследник", и эта мечеть вместе с гробницей была построена за пять лет в середине 16 века в честь умершего сына султана Сулеймана Великолепного. Пишут, что под полом этой мечети есть бассейн, благодаря которому летом в ней прохладно, а зимой тепло. В холодном конце апреля в ней тоже было тепло и необыкновенно тихо. Т.к. она находится вдалеке от самых посещаемых туристических мест этого шумного и насквозь туристического района, между молитвами людей тут мало, и стоит попасть за её высокий забор с деревянными дверями, как оказываешься в каком-то другом мире. Мире, где птицы поют, деревья шелестят, кошки неслышно ходят своими плюшевыми лапами по старинным плитам, немногочисленные туристы разговаривают почти шёпотом, а служители негромко тараторят что-то на турецком и приглашают войти.
***
Или, например, мечеть Сулеймание, в которую я попала, прогулявшись через городок Стамбульского Университета. На входе в городок всех тщательно досматривают улыбчивые люди в форме и белых перчатках, а внутри всё как в американских студенческих фильмах, только везде цветущие тюльпаны (как и по всему Стамбулу. Они - символ Турции и как раз цветут в мае), нет целующихся и даже держащихся за руки парочек, и высится пожарная башня Беязит из редкого белого мрамора, которая, к сожалению, была на реставрации.
Так вот Сулеймание - вторая по значению стамбульская мечеть после Голубой. Её построил архитектор, который прожил почти сто лет и был главным придворным зодчим у пяти османских падишахов. Вместе с банями, кладбищем, религиозными учебными заведениями и прочими постройками она занимает целый небольшой городской квартал. Там же находятся гробницы султана Сулеймана и его любимой жены Роксоланы (которая, кстати, была хохлушкой и той ещё интриганкой. Она сподвигла султана убить своих сыновей от других жён гарема, чтобы наследниками стали её сыновья). Пишут, что раньше стамбульские мечети были расписаны внутри именно такими цветами - черным, красным и золотым, какими расписан купол у мавзолея Сулеймана, но мне сложно себе это представить. Мне нравятся они такими - воздушными и кружевными.
***
Ещё одна мечеть для сравнения: Новая мечеть. Она находится недалеко от порта Эминёню, рядом с Египетским базаром или базаром специй. Этот базар был создан для финансирования строительства Новой мечети и это второй по величине стамбульский рынок после старейшего Капалы Чарши (тур. "крытый рынок") или, как его все называют, Гранд базар (в который я, к своему огромному сожалению, так и не попала).
Конечно, о тишине здесь не может быть и речи: муэдзины поют, торговцы горланят, зазывалы чуть не силой зазывают туристов в свои кафе... Вот не дай бог встретиться с одним из них взглядом! Он бросит свой "пост" и дойдёт за тобой до середины базара, чтобы только продать тебе несчастную чашечку турецкого яблочного чая. Но если зазовёт, то это будет пусть не самый лучший, но уж точно самый внимательный и самый трепетный сервис. И номер его мобильного телефона на оборотной стороне счёта бонусом.
Новая мечеть (Ени Джами по-турецки) строилась разными архитекторами в честь матери султана в течение 66 лет, и, благодаря своему расположению, сейчас это самая посещаяемая мечеть. Она очень отличается от остальных. В ней голубые ковры (в отличие от красных в других мечетях) очень красивого оттенка, стены покрыты отделочным фаянсом с сурами и аятами из корана и цветочными узорами.
О муэдзинах стоит упомянуть отдельно и именно здесь, на ступеньках Новой мечети, куда мы с Кэтрин (это американка, с которой мы жили в одном отеле, познакомились в первый день и провели почти всю неделю вместе) присели передохнуть с жаренной на гриле кукурузой.
Сначала петь призыв к молитве начинают в одной мечети, и ты замираешь от необычного звенящего звука горлового пения. Тут же подхватывают в другой, в третьей, четвёртой... И уже по всему городу звучит этот многоголосный хор, который опевает каждую ноту под аккомпанемент трамвайных трелей, криков чаек и корабельных гудков.
***
И для пущего контраста католическая церковь Святого Антония из Падуи, которая находится на проспекте Истикляль в районе Бейоглу. По сравнению с мечетями она совсем "зелёная" - была построена в начале 20 века. Вот забавно, что на фоне таких мастодонтов, как крупнейшие мечети Стамбула (не говоря уже о Святой Софии), храмы, которым век, кажутся новенькими и совсем несерьёзными.
Как обычно, я попала туда случайно, проходя мимо. Там проходила служба, на которой можно было присутствовать всем желающим (в отличии от мечетей). Я присела там на деревянную скамью в последних рядах и слушала (ничего, правда, не понимала, но в Стамбуле к этому не привыкать) жизнерадостного пастора. И всё бы хорошо, но мне очень не понравилось, как турки и арабы расхаживали там во время службы безо всякого почтения к другой культуре и фотографировались со вспышками, складывая локти на колени какого-нибудь очередного святого. Как-то это некрасиво с их стороны, я считаю.
В следующей части поплывём на кораблике по Босфору, погуляем, спустимся под землю и (наконец-то!) пойдём есть.
Stay tuned.
.
